«Боровский Бэнкси» Владимир Овчинников

В тихом калужском городке Боровске, где время словно замирает среди старинных храмов и деревянных наличников, жил человек, превративший обычные стены домов в страницы живой истории. Владимир Александрович Овчинников — инженер, краевед, художник-самоучка и неутомимый борец за сохранение исторической памяти. Его называли «боровским Бэнкси» не за провокационный стиль, а за смелость говорить с городом и его жителями напрямую, через краски на фасадах.

13 мая 2026 года, на 89-м году жизни, после долгой болезни он ушёл, оставив после себя не просто рисунки, а целую галерею под открытым небом и пример того, как один человек может изменить лицо маленького города. Без преувеличения Владимир Александрович был душой города Боровска.

Владимир Александрович Овчинников родился 17 февраля 1938 года в Сталинабаде (ныне Душанбе). Его отец пережил политические репрессии и провёл десять лет в заключении — эта семейная рана во многом определила будущий путь сына. Владимир Александрович окончил Московский инженерно-строительный институт (МИСИ), стал кандидатом экономических наук, работал на стройках, занимался наукой. До 1998 года жил в Москве.

На пенсии он переехал в Боровск, в дом отца. Здесь, в провинциальной тишине, во Владимире Александровиче проснулся художник. Почувствовав внутреннюю тягу к живописи, начал самовольно, «по-пиратски», как он сам шутил, расписывать унылые фасады и стены домов. «В старости человек делает много открытий, о которых не подозревал всю жизнь. Для меня таким открытием стало то, что я умею рисовать».

За свою творческую жизнь Владимир Овчинников создал более ста настенных панно, которые стали известны как «боровские фрески»: на стенах, глухих заборах и заколоченных окнах. Он превратил город в открытую галерею. Здесь появлялись исторические сюжеты: протопоп Аввакум и боярыня Морозова, связанные с Боровском, братья Полежаевы — основатели ткацкой фабрики, Константин Циолковский, Наполеон, Пушкин, местные пожарные, жанровые сценки с юмором и теплотой — девочка на трубе, старушка с ведром. Его кисти принадлежат такие работы, как «Глобус Боровска», «Боровский огурец» и знаменитые «Окна» — распахнутые проемы, за которыми открывались жизнь и мысли горожан.

Местные жители и туристы прозвали это явление «Параллельным городом» или «Боровским порталом», ведь благодаря росписям на стенах можно было в буквальном смысле приехать в один город, а оказаться сразу в двух, принадлежащих к разным временным эпохам. В создании этой атмосферы ему помогала его спутница жизни, поэтесса Эльвира Частикова, чьи стихи органично дополнили визуальный ряд его работы..

Поначалу художник работал с разрешения властей, но постепенно его искусство стало не только украшением, но и напоминанием. Он боролся за восстановление Покровского старообрядческого собора, рисовал ироничные «диптихи» с местными чиновниками. Некоторые фрески закрашивали, но Овчинников не останавливался.

Особое место в его творчестве занимал «Звездолёт Овчинникова» — арт-объект на заброшенном очистном сооружении. Десятиметровый бетонный цилиндр он превратил в «Космический ковчег» с портретами Циолковского, Рериха, Фёдорова, Гагарина, Маленького принца. Это был символ мечты и полёта человеческого духа.

Главным делом жизни Владимира Овчинникова стала борьба за память о жертвах политических репрессий. Более 20 лет он собирал материалы, добивался установки памятника в Боровске. В 2016 году на стене магазина он нарисовал «Архипелаг ГУЛАГ» — портреты двадцати расстрелянных боровчан 1937–1938 годов и Александра Солженицына. Работа продержалась всего несколько часов: её изуродовали, закрасили. Но художник продолжал. Даже когда в 2017 году в Боровске открыли официальный памятник, он был спрятан за монументом Ленину и представлял собой камень с Соловков без единого имени. Художник назвал его «Валуном забвения».

Его фрески становились всё острее. Именно эта деятельность стала причиной его разлада с властями и, в конечном счете, родила прозвище «русский Бэнкси». Это сравнение с британским уличным художником не нравилось самому Владимиру Александровичу. Он сурово отрезал: «С Бэнкси у меня ничего общего», считая, что у него больше политики и он не пользуется трафаретами.

Владимир Овчинников не был профессиональным уличным художником в классическом смысле. Он был инженером души своего города. Его работы — это не просто картинки на стене, а разговор с прохожими о красоте, истории, боли и надежде. Боровск благодаря ему стал живым музеем под открытым небом, где каждый переулок рассказывает историю.

Владимир Овчинников ушёл, но оставил после себя не только  возрождённые (и закрашенные уже, к сожалению) фрески, но и пример стойкости. В мире, где легко забыть прошлое, он напоминал: память — это долг, а искусство — способ её сохранить.

Прощание с Владимиром Александровичем прошло 16 мая 2026 года в Благовещенском соборе Боровска. Но настоящим памятником ему остаётся сам город — с его расписанными стенами, космическим ковчегом и тихим, но упорным голосом художника, который верил, что даже один человек может нарисовать правду так ярко, что её уже не сотрёшь.

Пусть стены Боровска ещё долго хранят его краски.

P.Sю Уже написав практически пост я обнаружил, что oumnique тоже написала на эту тему и даже застала Владимира Александровича за работой. Тесен мир…