Юрий Пименов — главный импрессионист СССР, который не побоялся быть счастливым
Знаете, есть художники, о которых написаны тонны диссертаций, но чьи картины вы никогда не видели вживую. А есть Пименов. Его «Новую Москву» с девушкой за рулём кабриолета знают даже те, кто в Третьяковке был последний раз в школе. И вот что странно: чем больше я смотрю на его работы, тем меньше понимаю, как он это сделал.
Начну с признания. Я долго не мог понять, почему Юрия Ивановича Пименова называют «главным импрессионистом СССР». Ну какой импрессионизм в стране, где искусство обязано было быть «понятным народу»? Где за формализм могли не просто не дать премию — могли не дать работать. И всё же.
Юрий Иванович Пименов родился в Москве в 1903 году. Учился у С.В.Малютина, В.Д.Фалилеева, В.А.Фаворского — людей, которые умели видеть цвет там, где другие видели только форму. В двадцатые он был членом ОСТа — Общества станковистов, писал под влиянием немецкого экспрессионизма. Динамичные, гротескные, напряжённые вещи. «Инвалиды войны», «Даёшь тяжёлую индустрию» — это не про радость, это про надрыв.
А потом случился 1931 год. Депрессия. Тяжёлая, настоящая. И после неё — поворот. Пименов сам уничтожил многие ранние работы. Кураторы Третьяковки потом говорили, что он видел в них «признаки болезни». Представляете? Художник, который сжёг своё прошлое, потому что оно казалось ему симптомом.
И вот тут происходит перерождение. Пименов берёт за основу Ренуара. Французского импрессиониста. В СССР. В 1930-е. И создаёт свой вариант — «реалистический импрессионизм». Сам он говорил: «Искусство — это вовсе не изображение… Искусство — это отношение художника, человека к миру, который лежит вокруг. Место пересечения отношения художника с этим миром». Вдумайтесь. Не «отражать действительность», не «показывать достижения», а отношение. Это, если говорить современными терминами практически диссидентство.
«Новая Москва» 1937 года. Год, который вы все знаете. И вот на этом фоне — женщина за рулём кабриолета. Едет по площади, волосы развеваются, город светлый, воздушный, почти парижский. Кто-то скажет: «лакировка действительности». А я скажу: это акт веры. Веры в то, что жизнь может быть лёгкой. Что счастье — не преступление.Причём моделью для этой женщины стала жена Пименова Наталья. Она тогда даже прав не имела, машину не водила. Но художник увидел её затылок, поворот головы — и написал. Это ли не импрессионизм в чистом виде? Поймать мгновение, которого ещё не было. Сделать его реальным.
«Свадьба на завтрашней улице» 1962 года. Молодожёны идут по доскам через стройку. Вокруг — новостройки, краны, рабочие. А они — в белом платье и костюме — идут в новую жизнь. Буквально по доскам. Над грязью. Символизм настолько прозрачный, что становится почти невыносимым. И всё равно — красиво.
Теперь о том, о чем не принято особо говорить. Юрия Пименова критиковали все. Власти — за «буржуазность». Искусствоведы — за конъюнктурщину. Мол, получал премии, ездил за границу, писал «правильные» картины. И знаете, это правда. Он был успешным. Народный художник СССР, действительный член Академии художеств. Но разве успех отменяет талант? Разве счастье — это всегда ложь?
Вот что писал о нём художник Александр Лабас: «Пименов был очень деятельным, быстрым, живым, весёлым, много смеялся, любил поболтать о пустяках, любил одеться, пофрантить. Было впечатление…». Впечатление чего — обрывается цитата. Но мне кажется, я знаю. Впечатление человека, который не боится радоваться.
В 2021 году в Третьяковке прошла первая монографическая выставка Юрия Ивановича Пименова. И знаете, что писали зрители? «Цикл про войну вселил настоящую тревогу, цикл про новые кварталы порадовал светлой энергетикой “нового счастья”, такого обыкновенного чуда». «Обыкновенного чуда». Вот это, пожалуй, точнее всего.
Пименов не писал великих трагедий. Он писал людей, которые едут в машине. Стоят на балконе. Пьют чай. Идут по улице. И в этом — его главное открытие. Счастье не нужно заслуживать. Его нужно просто заметить.
Вот поэтому Юрий Пименов и есть главный импрессионист Советского Союза. Потому что импрессионизм — это не техника. Это разрешение себе видеть свет.
