«Я живу замкнуто, всегда очень замкнуто. Хожу отсюда до работы — и всё. Жизнь моя тосклива. Я очень одинокий человек, один среди других. Единственный мой собеседник — одиночество. Я живу в одиночестве. Я прекрасно знаю, что все люди одиноки, но я одинок больше других. Я впервые почувствовал себя одиноким, когда приехал в Мехико и со мной никто не разговаривал, и с тех пор одиночество не покинуло меня. Моя бабушка тоже ни с кем не разговаривала. Привычка разговаривать свойственна жителям Федерального округа [т. е. столицы Мехико], в сельской местности этого нет. Дома мы не разговариваем, никто и ни с кем, ни я с Кларой [Клара Апарисио, жена писателя], ни она со мной, ни дети, никто не разговаривает, это у нас не в ходу. Я и не хочу ни с кем общаться. Я ищу одного — объяснения тому, что происходит вокруг. Так вот и хожу целыми днями и разговариваю сам с собой по дороге в Институт Индихенистики [после публикации „Педро Парамо“ Хуан Рульфо в основном работал над этнографическими трудами, посвященными культуре и быту коренных народов Мексики], изливаю самому себе душу. Мне не нравится разговаривать с кем бы то ни было».

(c) Хуан Рульфо (1917–1986)

P.S.Отличная статья на Gorky Media  об этом писателе. Рекомендую к прочтению благо его творческое наследие не так велико!