— Какой должна быть нейросеть, чтобы ты назвал её искусственным интеллектом?
— Находящейся за пределами алгоритма, — сразу же ответил Паскаль.
— Ты требуешь от нейросети больше, чем от многих людей, — обронила девушка.
— Потому что люди изначально обладают свойствами человека, а нейросети нужно учиться…

Когда всемирная Сеть создавалась, многие романтики говорили, что она станет кладовой информационных сокровищ, что все достижения человеческого гения окажутся в постоянном доступе: достаточно пройти по ссылке и мы узнаем всё, что захотим.
— Потом наступила эпоха мусорных данных, когда в Сеть стали сознательно вбрасывать огромное количество ненужной информации. А потом — эпоха фейковых данных.
— Но ещё раньше наступила эпоха лени, — вернул себе слово Паскаль. — Исследователи заметили, что людям стало банально лень идти по второй ссылке.
Они тыкали в первую, а вот вторая становилась для большинства непреодолимым барьером. Они могли бы узнать что-то новое, нужное, интересное, но останавливались на полпути.
— И о чём это говорит?
— Только о людях, — пожал плечами фрикмейстер. — Мы ищем лёгкие пути и оказываемся в тупике. Когда-то мы перестали читать книги, потому что всю информацию можно отыскать в Сети, а потом перестали искать её в Сети, потому что «она же там есть и я могу узнать её в любое мгновение». Но эти мгновения наступают всё реже и реже, ведь чтобы задать вопрос, тоже нужна информация. И чем её больше, тем сильнее может измениться первоначальный вопрос.
— Не все люди такие, — тихо сказала Джада.
— Спасибо, что заступилась за любознательных. — Паскаль тихонько рассмеялся. — Но их меньшинство.

Вадим Панов.Побочный эффект